![](http://www.ruscrimea.ru/news_media/image/arhiv_foto/2010/july/pshenitsa.jpg)
Многие политики выбирают для обсуждения темы, которые у всех на слуху. О глобальных проблемах рассуждать проще — не надо вникать в житейские подробности. Такая отстраненность от потребностей людей уже сыграла роковую роль в судьбе ряда известных политиков. Однако время требует новых подходов: востребован тип руководителя, знающего проблемы людей, и вместе с людьми ищущего пути их решения.
Лидер Всекрымского движения «Русское единство» Сергей Аксенов сам предложил тему для интервью: жизнь и боль села, проблемы крестьян и фермеров, работающих на земле.
— Сергей Валерьевич, а почему, собственно, село?
— В последние месяцы мне пришлось много ездить по сельской глубинке Крыма. Я видел медленное умирание некогда процветавших крымских сел и хозяйств. Старики сетовали, что жизнь на селе сейчас во многом схожа с первыми послевоенными годами. Мои эмоциональные впечатления подтверждаются официальной статистикой — данные лежат на моем рабочем столе. И эмоции, и цифры говорят об одном и том же: село переживает сложнейший период.
А ведь сельское население Крыма — почти 730 тысяч человек. То есть более трети всех крымчан. Поэтому мне хотелось бы высказать свою точку зрения на развитие агропромышленного комплекса, на то, как можно улучшить жизнь села. Но для начала следует проанализировать причины столь глубокого социально-экономического провала.
— И в чем же они, на ваш взгляд!
Формы собственности на землю изменились, земля включена в рыночный оборот, а четкая методология аграрной реформы в стране отсутствует. «Раскрестьянивание» крестьян продолжается.
Определенные надежды внушал принятый в октябре 2005 года Закон «Об основных положениях государственной аграрной политики на период до 2015 года». Хотя отдельные его положения, на мой взгляд, носили скорее идеологический характер, программа все-таки открывала горизонты. Предусмотренный в законе комплекс мер был призван повысить эффективность аграрного сектора, обеспечить решение социальных проблем сельчан. Сейчас о нем не помнят даже узкие специалисты, он давно похоронен.
— Каждая новая власть говорит об острой необходимости аграрных реформ. Но в реальности ничего не меняется.
— Вот именно. В реальности все сводится к популистским обещаниям и избирательным технологиям. Жизнь показала, что реформирование АПК только за счет изменения форм собственности и создания новых сельскохозяйственных формирований не дает желаемых результатов. Фермерские хозяйства, акционерные и другие общества без законодательного обеспечения, технической оснащенности, заинтересованности местных громад и региональных властей неэффективны. Товаропроизводители вынуждены сокращать посевные площади, переходить на примитивные технологии, что приводит к росту затрат, снижению урожайности. Так, в прошлом году средняя урожайность зерновых была на четыре центнера ниже, чем в 2008 году. Крым собрал 1 миллион 662 тысячи тонн зерна, тогда как в советский период с меньших площадей намолачивал до трех миллионов тонн. У нас выращивание практически всех видов сельхозкультур становится убыточным.
Прежнее правительство автономии не смогло добиться даже достоверного учета поголовья скота, посевных площадей, урожайности и планового сбора сельхозкультур, зачастую занималось приписками. Об этом открыто говорилось два месяца назад на заседании Совета министров.
Власть не хочет знать реальное положение дел, не анализирует и не ищет пути улучшения ситуации. К слову, я не нашел каких-либо аналитических сборников о развитии хозяйственного комплекса и социальной сферы автономии в депутатских комиссиях Верховного Совета АРК, да и в других властных структурах. Таких материалов у чиновников не оказалось, по-видимому, из-за невостребованности вышеозначенной информации.
— Назовите наиболее тревожные показатели, подтверждающие плачевное состояние АПК автономии.
— По мнению экспертов, в Крыму самая непродуктивная структура посевных площадей. Грубо нарушаются основные нормы землепользования. Я бы сказал, что у нас браконьерское отношение к земле. Зерновые занимают в Крыму почти 80% площадей, тогда как кормовые культуры — около 7%, картофель и овощебахчевые — 5%. Этими причинами обусловлены низкие объемы сельскохозяйственного производства. Крымский крестьянин в состоянии обеспечить фруктами и молоком жителей и гостей полуострова всего на 40%. Только за минувший год у нас сократилось производство говядины на 2336 тонн, молока — на 1500 тонн. Также значительно упало производство масла, сыров, круп, макаронных изделий. Основными производителями многих сельхозкультур и продуктов животноводства являются не аграрные предприятия, а мелкие крестьянские подворья.
На недостатки крымского земледелия четко реагирует мировой аграрный рынок. Нам поставляют овощи, фрукты, вина, напитки соседние регионы Украины, Турция, Молдавия, другие страны. И при этом статисты от политики говорят, что Крым вскоре станет показательным регионом производства экологически чистых продуктов.
Из-за отсутствия должной государственной поддержки сельхозпроизводители не планируют на длительную перспективу развитие своих хозяйств, живут только заботами текущих весны-осени. В 2008 году аграрии взяли кредиты на 268 миллионов гривен, в прошлом — на 30 миллионов, в нынешнем — пока на 10 миллионов.
— Приходилось слышать, что наше сельское хозяйство кое-как выживает за счет запаса прочности, который был у агропромышленного комплекса Крыма два десятилетия назад.
— Без сомнения. Тогда у нас производилось значительно больше плодовоовощной и другой продукции. К слову, площади под садами достигали 75 тысяч гектаров, а валовое производство только фруктов превышало 400 тысяч тонн. Плодоводство давало селянам 40% доходов — больше, чем растениеводство. Сегодня наблюдается массовое уничтожение садов. За последние годы площади под плодовыми культурами сократились почти в три раза, а валовые сборы — в отдельные годы — в 5—6 раз. Крайне медленно идет обновление садов. Темпы выкорчевки старых виноградников в большинстве районов значительно превышают посадку новых. Даже виноградные чубуки закупаем за границей, а выращенные свои из-за невостребованности идут в костер. Когда «чужеземец» не приживается у нас, сетуем на суровые зимы.
— Но, с другой стороны, сибирские морозы стали наведываться к нам довольно часто. Некрымчанам, приезжающим к нам в основном летом, трудно поверить, что в Крыму случаются температуры и минус 20 и ниже. А вот что снабжение водой — проблема, известно даже им. Как в этом плане обстоят дела у сельскохозяйственных регионов?
— Главной основой продуктивности сельскохозяйственного производства был и остается Северо-Крымский канал. До развала Союза орошалось 620 тысяч гектаров, сейчас — почти в три раза меньше. Без канала у нас будут ногайские степи.
Но даже сохранившийся потенциал орошаемого комплекса используется неудовлетворительно. Высокие тарифы на электроэнергию не позволяют селянам качать днепровскую воду для полива в полном объеме. Значительная ее часть сбрасывается в море. Государство несет колоссальные потери. Следовало бы настойчивее добиваться от Кабинета Министров Украины действенной помощи в решении всего комплекса проблем: ремонта, реконструкции и функционирования оросительных систем на полуострове — а они составляют без малого пять тысяч километров. Сейчас в Киеве есть понимание наших проблем, и не воспользоваться этим было бы безответственно.
— Многие политики говорят о фермерских хозяйствах как основе сельскохозяйственного производства. Вы с этим согласны?
— И да, и нет. Приоритеты в организации сельскохозяйственного производства меняются. Одновременно с укреплением фермерских хозяйств все больше аграриев и политиков склоняются к необходимости реанимировать и создавать новые крупные специализированные сельхозпредприятия. Только им под силу передовые технологии, высокий уровень механизации, ставка на солидные инвестиции. Продукция таких предприятий дешевле и более конкурентоспособна. Убедительным примером могут служить хозяйства «Дружба народов-нова», агроцех №49 Мариупольского металлургического комбината в Красногвардейском, сельскохозяйственный кооператив «Грузия» Первомайского, «Партизан» Симферопольского районов и другие.
— Принято считать, что помощь селу — прежде всего финансовые вложения непосредственно в развитие производства конкретного сельхозпредприятия...
— В экономически развитых странах помощь селу направляется в основном на совершенствование социальной инфраструктуры. При таком подходе поддержку получает вся громада, а не отдельные хозяйства. Сегодня социальная сфера села находится в критическом состоянии. В прежние годы главным инвестором выступало государство, затем — сельхозпредприятия и население. Последнее место в финансировании социальной сферы занимали органы местного самоуправления.
С распадом большинства коллективных хозяйств, внедрением рыночных отношений мелкие сельхозпроизводители оказались не в состоянии финансировать объекты социального назначения. А органы местного самоуправления ни финансово, ни организационно к этому не готовы.
Особенно тяжелое положение сложилось в жилищно-коммунальной сфере, прежде всего с обеспечением населения питьевой водой. Объемы ее подачи сократились в несколько раз, да и та, что есть, зачастую не отвечает требованиям госстандарта. Некоторые села живут на привозной воде. Это примерно каждый шестой населенный пункт Крыма. И таких около 160.
Несколько лет в Украине действует Закон «О питьевой воде и водоснабжении», который во многом декларативен. В нем отсутствуют необходимые правовые положения, определяющие методику начисления тарифов, взаимоотношения хозяйственных субъектов, предоставляющих эту услугу населению. Если положение не изменится, можно ожидать «водных бунтов». Со своими бедами люди приходят прежде всего к голове территориальной громады, который в силу разных причин становится не управленцем, а психотерапевтом.
— Однако в Крыму реализуется полтора десятка программ по селу...
— Да, «программотворчество» у нас поставлено на поток. К сожалению, многие социальные программы, скорее, рассчитаны на пропагандистский эффект. В период избирательной кампании бывшее руководство Крыма достаточно на них пиарилось. Много говорилось о поддержке здравоохранения со стороны правительства и депутатского корпуса. Может быть, это и так, но факты — упрямая вещь. Только за последний год на 55 единиц сократилось количество врачебных амбулаторно-поликлинических учреждений, или каждое девятое. Закрылись почти каждая десятая женская консультация и акушерско-гине-кологическое отделение. Уменьшается количество детских кабинетов.
Сегодня Украине принадлежит печальное первенство в Европе по естественной убыли населения. Особенно высока смертность в сельской местности. Крым, к сожалению, в этом отношении тоже не исключение. Снижается главный показатель здоровья людей — продолжительность жизни. Эксперты Всемирной организации здравоохранения отмечают, что в условиях мирного времени негативных процессов такого масштаба, как в Украине, не существует ни в одной европейской стране.
Социальная деградация села тесно связана с массовой безработицей. Уровень безработицы в селе в три раза выше, чем в городе. Отсюда — потеря жизненной перспективы, распад семьи, пьянство, рост преступности. Обострилась ситуация с задолженностью по зарплате и оплате аренды владельцам земельных паев.
Из села уезжает значительная часть дееспособного населения. За годы независимости с карты Украины исчезло 504 населенных пункта. Только за время правления «оранжевых» снято с учета 117 деревень и сел. Эти печальные тенденции прослеживаются и в Крыму. Чтобы спасти село от окончательной деградации, нужны срочные и самые решительные меры.
— Есть и еще одна острая для Крыма проблема — распределение земли. Как бы вы оценили деятельность республиканских властей в этой сфере?
— Земельным кодексом Украины не предусмотрена собственность республики, областей и районов на землю. Может, депутатам крымского парламента необходимо сосредоточить усилия на расширении полномочий Крыма, чтобы, простите за каламбур, автономия автономии была более реальной?
В то же время в Крыму не завершена инвентаризация земли, отсутствует автоматизированный земельный кадастр, не отрегулированы вопросы формирования и выделения в натуре земель общей собственности территориальных громад, их правовой режим. Отсюда такое огромное количество нарушений в земельной сфере, особенно в прибрежных районах полуострова.
Более десяти лет органами власти на местах не проводятся нормативно-денежная оценка земли, регулярный пересмотр платы за землепользование и аренду. По информации Рескомзема АРК, почти в 80% населенных пунктах денежная оценка земли вообще никогда не проводилась. Бюджет теряет миллионы гривен. Промелькнуло сообщение, что правительство Крыма впервые собирается организовать аукционы по продаже земельных участков.
— Вы достаточно жестко и критично говорили о недостатках в ЛПК. Имеет ли движение «Русское единство» свою точку зрения на улучшение положения дел?
— Да. «Русское единство» плодотворно сотрудничает с представителями органов власти, учеными и аграриями-практиками в поиске действенных механизмов преодоления стагнации в сельском хозяйстве. Мы, разрабатывая комплексную экономическую программу «Подъем Крыма», хотим предложить и свой взгляд на реанимацию крымского села и агропромышленного комплекса. Среди приоритетов я бы назвал:
— своевременное полное законодательное обеспечение аграрной реформы;
— осуществление комплекса мер государственного протекционизма в поддержку сельхозпроизводителей, который должен включать адресное кредитование, льготное налогообложение, дотационное инвестирование через государственные трансферты;
— внедрение механизмов регулирования аграрного рынка, защиту и поддержку отечественного производителя;
— совершенствование системы управления отраслью;
— всемерная поддержка аграрной науки, совершенствование подготовки высококвалифицированных специалистов, в том числе массовых профессий.
Село во все времена было нравственной основой общества, барометром общественных настроении и надежд, источником и хранителем культуры и духовности народа. Сейчас оно нуждается в нашей поддержке.
Беседовал Геннадий Петров.
«Крымские известия», 2010. — 6 июля